Сегодня 65 лет исполняется Айзеку Мизрахи — дизайнеру, чье имя редко ставят в один ряд с главными американскими модельерами, а меж тем на рубеже 1980–1990-х его называли модным королем Нью-Йорка, а Анна Винтур считала, что без таких, как Мизрахи, мода рискует стать скучной. В июне этого года американская сеть розничной торговли Target назначила Мизрахи «креативным директором по особым проектам», а в сентябре в прокат вернулся фильм о нем: «Нараспашку» (1995), который сейчас называют лучшей модной документалкой всех времен. Алена Важенина с любопытством наблюдает за возвращением человека, который никогда не лез за словом в карман, первым показал зрителям закулисье показов (а заодно и себя в пенной ванне) и предвосхитил эпоху сотрудничества дизайнеров с массмаркетом.
«Ты король Нью-Йорка», — сказала модель Вероника Уэбб Айзеку Мизрахи за кулисами его дебютного показа в 1988 году. Отмахнувшись, 25-летний выпускник Parsons, успевший к тому моменту поработать у Перри Эллиса, Джеффри Бэнкса и Кельвина Кляйна (по два года у каждого), вышел к зрителям на поклон и увидел стоячие овации. Кажется, то был последний раз, когда Айзек поскромничал насчет себя — в будущем этот острый на язык бруклинец, прирожденный шоумен, больше ни на секунду не усомнится в собственной гениальности. Что говорить — историю про короля Нью-Йорка сегодня из интервью в интервью рассказывает он сам.
. Впрочем, эту уверенность в собственной исключительности всячески подкрепляла и пресса. «Он мгновенно стал сенсацией, — вспоминала спустя годы критик Кэти Хоррин, — настоящим претендентом на место в высшей лиге среди таких брендов, как Calvin Klein, Ralph Lauren и DKNY». А еще Айзека сразу прозвали блюстителем традиций Клэр Маккарделл, Нормана Норелла и Роя Холстона — легенд американской моды. Мизрахи, по собственному признанию, презирал нью-йоркских дизайнеров, которые «попросту копировали европейские показы». «Создавать красивую одежду, — говорил он, — это не значит повторять последние новинки из Парижа или Италии или делать пышные юбки, как у Лакруа». Его занимали прежде всего привычные для американского гардероба вещи — парки, джинсы, рабочие комбинезоны, платья с вырезом лодочкой, ботинки-дезерты. Критиков, в свою очередь, занимало то, как ловко Айзек с ними обращался — те же парки шил из шелковой тафты, в шелковые же превращал джинсы; «нарядная повседневность», характеризовали его стиль.
1 Вероника Уэбб на показе Isaac Mizrahi Fall 1989; 2 Isaac Mizrahi осень-зима 1988; 3 Isaac Mizrahi Resort 1988
Искусно работал дизайнер и с цветом — в частности, после первых показов журналисты отмечали «чистые и бодрящие сочетания насыщенного фиолетового, нежного голубовато-сиреневого и нефритово-зеленого», так что Хорин вспоминала обертки из старинных кондитерских магазинов. Выделяли и его изобретательную стилизацию: например, белую хлопковую футболку, надетую поверх пышной бальной юбки из тафты. К 1991 году Мизрахи успел собрать едва ли не все главные награды американской модной индустрии — включая премию имени Пэрри Эллиса для молодых дизайнеров и два звания «Дизайнер года».
1 Isaac Mizrahi, 1989; 2 Isaac Mizrahi RESORT, 1989;. 3 Isaac Mizrahi осень-зима 1990; 4 Isaac Mizrahi веСНа-лето 1990
Кристи Тарлингтон в ISAAC MIZRAHI, съемка Vogue 1990 Фото: Arthur Elgort/Conde Nast/Getty Images
Показы Мизрахи превратились в полноценные светские события — еще до того, как это стало мейнстримом. Более того, именно ему порой приписывают то, что первый ряд стал кишеть знаменитостями и привлекать едва ли не больше внимания, чем подиум. «Я особо для этого не старался, — не без снисходительности объясняет дизайнер, как на его показах оказывались Лайза Миннелли, Сандра Бернхард, Розанна Барр и Мадонна. — Ну а Роберт Де Ниро, например, просто приходил попялиться на моделей. В смысле на одежду ему было плевать. Я никогда никому не платил за место в первом ряду. Не знаю, кто вообще это придумал, но сама мысль о том, что знаменитостям нужно платить за присутствие на показе, мне отвратительна. Что за чертовщина?»
. Пионером Мизрахи оказался и в том, чтобы показать широкой публике закулисье модных показов. В 1995 году вышел документальный фильм «Нараспашку» (Unzipped), снятый его тогдашним партнером, фотографом Дугласом Кивом. Чтобы объяснить, насколько дерзким по тем временам был этот эксперимент, журналист Vogue Чарльз Гэнди предлагал представить Ральфа Лорена, который нежится в пенной ванне и сплетничает по телефону с матерью, или Кельвина Кляйна, который вприпрыжку несется по Нью-Йорку в нелепой шляпе, распевая песню из телесериала. Вообразить такое было решительно невозможно. А вот Мизрахи без малейшего стеснения пускал камеру и в собственный дом, и в мастерскую, позволял снимать свои истерики и ссоры с сотрудниками, а заодно дурачился в компании супермоделей — Наоми Кэмпбелл, Линды Евангелисты, Синди Кроуфорд, Кейт Мосс, Кристи Тарлингтон и Хелены Кристенсен.
1 c Лайзой Миннелли, 1989. 2 с Наоми Кэмбелл и Линдой Евангелиста, 1990
Шалость удалась: в 1995 году «Нараспашку» получил приз зрительских симпатий на фестивале «Сандэнс», а затем вышел в широкий американский прокат. Сегодня, спустя более тридцати лет, журнал Interview называет «Нараспашку» «возможно, лучшим документальным фильмом о моде». В конце концов, именно он подарил нам уйму остроумных и одновременно возмутительных цитат Мизрахи вроде: «Мода — это про женщин, которые не хотят выглядеть как коровы. Хотя вообще-то в коровах есть что-то очаровательное».
Однако выход успешной документалки сопровождался далеко не лучшими показателями в бизнесе: продажи бренда Айзека Мизрахи оставляли желать лучшего. Главная проблема, по мнению экспертов, заключалась в том, что за десять лет дизайнер так и не выработал столь же узнаваемого почерка, как те же Кельвин Кляйн, Донна Каран или Ральф Лорен. «Первые коллекции были блестящими, но затем становились все более непредсказуемыми», — объяснял Ричард Мартин, руководивший в то время Институтом костюма Метрополитен-музея. Ретейлеры тоже разводили руками: стоило покупательницам полюбить какую-нибудь модель, как Мизрахи терял к ней интерес и в следующем сезоне предлагал нечто совершенно другое. В результате даже байеры, искренне восхищавшиеся его талантом, признавались, что продавать его одежду было непросто.
. Сам Мизрахи в коммерции тоже оказался не силен; хотя позже журналисты предполагали, что дизайнер попросту не сумел справиться с обрушившейся на него славой. «Помню, один агент по лицензированию спросил, какие товары я хотел бы выпускать под своим именем, — вспоминал позже дизайнер. — И знаете, что я ответил первым делом? Парики! Тот тут же начал складывать вещи обратно в портфель. Понял, что я сошел с ума». Ведь его конкуренты в то время обогащались на парфюмерии, белье и аксессуарах. Не спасла Мизрахи и более доступная линия Isaac, запущенная в 1996 году: покупательниц она так и не нашла и закрылась всего через три сезона.
Эмбер Валлетта в блузке ISAAC MIZRAHI, съемка Vogue, 1993 Фото: Arthur Elgort/Conde Nast/GETTY IMAGES
1 Isaac by Isaac Mizrahi 1995. 2-4 Isaac Mizrahi осень-зима 1991 — осень-зима 1997 — весна-лето 1997
Айзек Мизрахи на благотворительном балу Fire & Ice Ball, 1997
1-3 Isaac Mizrahi осень-зима 1994. 4 Isaac Mizrahi весна-лето 1998
В итоге в 1998 году американское подразделение Chanel, финансировавшее марку Айзека с 1994-го, отказалось от дальнейших инвестиций, и Мизрахи пришлось закрыть и основную линию. Король Нью-Йорка оказался голым.