Недавно Гоша Рубчинский оказался в центре очередного скандала — одного из самых известных российских дизайнеров обвинили в сексуализированном насилии. Причем произошло это после перезапуска именного бренда, закрытого в 2018-м — аккурат до предыдущего скандала. Редактор моды The Blueprint Нелли Асриян прокатилась на волнах карьеры Рубчинского, собрав подробный таймлайн его взлетов и падений.
О Гоше Рубчинском до Gosha Rubchinskiy известно не так много. Выросший на севере Москвы Рубчинский начал модную карьеру в 2003-м — когда в 19 лет стал ассистировать начинающим дизайнерам Дмитрию Логинову и Константину Гайдаю. При этом ранее он трудился стилистом в сети салонов Toni & Guy — хотел стать парикмахером и визажистом, для чего даже отучился в Московском художественно-педагогическом колледже технологий и дизайна. «Они хотя бы как-то связаны с модой», — объяснял Рубчинский выбор профессий в интервью 032с. Тогда же Гоша, по его словам, увлекся фотографией: «Я начал снимать студенческие проекты и просто носить с собой старый Zenit — чтобы фотографировать друзей».
В 2006-м Рубчинский вместе с художницей Сашей Фроловой создал костюмы для черной комедии «Изображая жертву» Кирилла Серебренникова. А два года спустя, в 2008-м, стал художником по костюмам фантастического триллера «Индиго» Романа Прыгунова — образы скейтеров будущий дизайнер, вероятно, списал с ребят, в те же годы катавшихся на Новом Арбате. «Я работал стилистом в журналах и на показах, но не хотел иметь ничего общего с людьми из моды, — вспоминал Рубчинский, почему тогда променял модную тусовку на скейтеров. — Мне нравилось, как они выглядели. И мне нравилось сочетание спорта и стиля».
«Изображая жертву», 2006. Фото: Кинокомпания «Новые люди»/ТАСС
«Когда эти маленькие дети [скейтеры], начали устраивать свои вечеринки, на поверхность начала выходить новая энергия», —
вспоминал Гоша. Кажется, в 2008-м эта энергия и подтолкнула его на создание именной марки — Gosha Rubchinskiy. Ее дебютное шоу должно было пройти в скейт-парке, но друг Рубчинского архитектор Николай Сапрыкин предложил арендовать стадион в Сокольниках — за примерно те же деньги. При этом показ, как и саму коллекцию, Гоше помогал финансировать его неназванный друг из круга московского ночного клуба «Солянка». «Империя зла» (так Рональд Рейган в 1983-м нарек СССР, а Гоша Рубчинский в 2008-м — коллекцию весна—лето 2009) была вдохновлена группой «ВКонтакте», названной «Я сарт мне похуй». Сарт же — название отсылало к презрительному именованию оседлого, крестьянского населения Центральной Азии, которое использовали кочевники.
«Группу придумали мои приятели-скейтеры просто как прикол», — вспоминал Гоша, который и к самой коллекции, кажется, относился не вполне серьезно — вещи были сделаны все равно что на коленке: джинсовые куртки с шипами, футболки с позднее ставшей культовой кириллицей (как раз с надписями «Я сарт мне похуй» и «Империя зла»), свитшоты с вышитыми на них рычащими медведями и автоматами Калашникова. Причем и свитшоты, и футболки дизайнер купил уже готовыми — использовал их как чистые холсты: «Мы не думали о будущем. Я хотел показать другим то, что видел сам, — парней, стиль, нас». Так, Рубчинский соединил интернет-трэш из круга друзей, которых интересовал блэк-метал 90-х, стереотипы времен холодной войны и, главное, свою реакцию на российско-грузинскую войну — и ее освещение в западной прессе. «Показ был задуман как перформанс. Я хотел передать ощущение — коллекция лишь послужила средством. Я не планировал заниматься модой дальше», — пояснял дизайнер.
Впрочем, заниматься модой Рубчинский продолжил — весной 2009 года показал вторую коллекцию под названием «Растем и развиваемся» (для сезона осень—зима 2009/2010). Эту фразу дизайнер увидел в интернете на следующий день после показа первой коллекции — та его зацепила. «Когда мы работали, был такой настрой: «Что мы делаем? Мы растем и развиваемся!» — объяснял Гоша. При этом на этот раз шоу проходило в переоборудованном под спортзал еще во времена СССР старообрядческом храме недалеко от станции метро «Бауманская» — и в рамках альтернативной недели моды Cycles & Seasons, куда Рубчинского после дебюта пригласила ее основательница Анна Дюльгерова, некогда исполнительный редактор российского Vogue. «Когда мы делали первую коллекцию, была задача рассказать и показать ее максимальному количеству людей. Поэтому был выбран стадион, который вмещал 700 человек. А в случае со второй коллекции хотелось закрытости — презентовать ее только заинтересованным, друзьям и прессе», — рассказывал Рубчинский.
Среди прессы оказался и главный редактор издания 032c Йорг Кох: «Я был в восторге». Прежде всего от того, как модели, проходя босиком по спортивному мату, взбирались на деревянную конструкцию, напоминающую то ли лестницу, то ли трибуну, — в финале шоу все модели сидели на ней, как замечал сам Рубчинский, словно на алтаре. Такая сценография отсылала не столько к религиозному, сколько к просто внутреннему росту (и развитию) подростка — «аглеца». Придуманное командой Рубчинского слово оказалось родственным и новозаветному агнцу (символу Иисуса Христа) — и английскому ugly, что переводится как «уродливый». «Тема коллекция связана с духовностью. Мне хотелось привлечь внимание молодежи к чему-то, что нельзя потрогать и пощупать», — рассуждал сам дизайнер.
Под конец 2009-го, в ноябре, Рубчинский представил коллекцию сезона весна—лето 2010 «Рассвет не за горами» — она завершила провозглашенную самим дизайнером трилогию. Вместо модного шоу для ее показа организовали презентацию из опять-таки трех частей: в Сестрорецке (что под Санкт-Петербургом) сняли видео о скейтерах, сделали книгу из фотографий о лете, созданных друзьями Рубчинского, и придумали перформанс — в рамках второго сезона Cycles & Seasons. Для этой примерно часовой презентации команда Gosha Rubchinskiy построила на Artplay старый спортзал пригородной школы. В нем скейтеры-подростки катались на досках, показывали трюки и просто общались — в вещах, напоминающих массовую спортивную одежду 90-х. «Мне нравятся такие реальные вещи. И одежда для скейтеров должна быть удобной», — пояснял дизайнер.
После третьего показа вещи Gosha Rubchinskiy стали продаваться в только-только открывшемся КМ20 Ольги Карпуть и появляться в съемках зарубежных изданий (Саша Пивоварова тогда примерила маску с шипами для Harper’s Bazaar) — о Рубчинском написали Another Magazine, L’Officiel и V Magazine. В том же 2010-м Гоша на ужине у друзей познакомился с Адрианом Йоффе — мужем Рэи Кавакубо, генеральным директором бренда Comme des Garçons и создателем концепт-стора Dover Street Market. «Я, в общем, и не знал, что он — это он. И просто рассказывал ему, что вот — есть бренд», — вспоминал Рубчинский. Йоффе, по словам дизайнера, договорился с ним о встрече — посмотрел на одежду Gosha Rubchinskiy и предложил закупить ее для лондонского Dover Street Market. «А у нас на тот момент не было вообще ничего готового. Все, что отшили, — продали», — рассказывал Гоша. По итогу бренд специально сделал капсулу вещей, собранных из трех коллекций, и «с дикими проблемами» отправил ее в Лондон через Сербию. Так, по сути, и началась экспансия Рубчинского за рубеж.
Позже, не без помощи Йоффе и при поддержке платформы для начинающих дизайнеров Fashion East, следующая коллекция Gosha Rubchinskiy осень—зима 2010/2011 (под названием «Раб») была показана в рамках Лондонской недели моды — в феврале 2010-го. «Нас пригласили всего за неделю до. Поэтому я решил показать базовые вещи: спортивные свитеры, штаны и так далее», — вспоминал Рубчинский, поместивший всю эту одежду в напоминающую комнату инсталляцию — незаправленная кровать, подросток с крестом на груди, разбросанные по полу носки, православная икона в углу. Одной инсталляцией не обошлось: к коллекции Рубчинский составил зин и вместе с мультидисциплинарным художником Алексеем Таруцем снял «Slave/Раб» — фильм — наблюдение за молодым московским скейтером.
Первая поставка в Dover Street Market продалась полностью — но бренд ничего не заработал из-за дорогих логистики и производства. Спустя год, в 2011-м, концепт-стор попросил еще. «Я сказал: ребята, “еще” не будет потому, что денег нет. Где и как шить — непонятно. Если хотите помочь, то, может быть, получится», — вспоминал дизайнер. Йоффе и его команда взяли паузу на «подумать», а сам Рубчинский поставил на стоп все попытки шить одежду. «Я быстро понял — к тому, что я делаю, есть интерес на Западе. Но одновременно с этим в формате маленького производства работать из России на мировой рынок невозможно. Я в какой-то момент это дело бросил. Думаю, ну ладно, поиграли в моду — и хватит, будем другими вещами заниматься». Конкретно визуальным искусством — в тот период Рубчинский много фотографировал и организовывал выставки.
Тем не менее, спустя то ли полгод а, то ли год, когда дизайнер, по его же признанию, решил не заниматься модой, ему пришло письмо: «Мы все уладили. Приезжайте в Париж». Компания Comme des Garçons взяла на себя производство, логистику и дистрибуцию Gosha Rubchinskiy — большую часть «операционки». К тому же дизайнер понял, что одежда стала неотъемлемой частью его масштабного арт-проекта — отказаться от нее он не мог. «Так, я фактически начал заново, — говорил в 2013-м Гоша. — Первый раз в жизни работаю профессионально. Пытаюсь успеть к сезону, вписаться в календарь, выставляю коллекцию в шоурумах в Париже и так далее. Мы — маленький и независимый бренд, больших денег Comme des Garçons не вливают. Так что пытаемся работать как полагается — и окупаться».
В 2013-м Рубчинский ограничивался лукбуками — сезон осень—зима 2013/2014 был вдохновлен российской клубной культурой 90-х, а еще Родченко, Маяковским и Кандинским. При этом лукбук коллекции весна—лето 2014 дизайнер показал эксклюзивно на Dazed — его стилизовала Лотта Волкова. С тех пор она постоянно работала над показами Gosha Rubchinskiy, помогала со стилем, кастингом и визуальным языком бренда в целом. В свободное от собственного бренда время Рубчинский снимал проекты для других — например, он снял лукбук для Nike и видео (конечно, с российскими скейтерами) для Supreme.
Лукбук Gosha Rubchinskiy осень-зима 2013/2024
Лукбук коллекции NSW Pinnacle, Nike весна-лето 2013
2014-й начался для Gosha Rubchinskiy коллаборацией с Vans — бренды (при содействии Comme des Garçons) выпустили новую версию модели Old Skool с рефлективной полосой, черным замшевым верхом и коричневой резиновой подошвой. Примерно тогда же началось сотрудничество Рубчинского с Camper — дизайнер, например, переосмыслил модель Runner, превратив кроссовки в подобие шнурованных сапог, которые вошли в коллекцию Gosha Rubchinskiy весна—лето 2015. Ее показ, пожалуй, и стал для дизайнера главным событием 2014 года — ибо впервые проходил в Париже (в июне). «Рубчинский сохранил характерный дух улиц, который чувствовался в футболках с его именем, написанным по-русски на рукавах и груди, повторяющемся инопланетном принте и шнурках, которые модели носили вместо ремней», — писали Dazed.